Не настроение, но очень понравилось))
''Дорогая моя, незабвенная Анн-Мари, я пишу тебе снова, марая чернилами лист. В этот пасмурный город врезаются корабли, и по улицам темным плывет сероглазый мист.
Здесь глотаешь воздух и чувствуешь океан, всюду сырость и грязь, и рыбы гниющей смрад. Каждый встречный прохожий хмур, каждый третий - пьян, а ночной городок и вовсе похож на Ад.
Я закончил учебу, отправив диплом отцу. Здесь, в убогой газете, пустые пишу статьи. Наш редактор похож на озлобленную лису, а помощник его - плешивый лесной сатир.
Этот город прогнил, (как впрочем, и вся Земля), здесь священник пьет виски у входа в дешевый бордель.
А по улицам сонным бродит безумный маньяк, убивая безжалостно женщин и даже детей. Здесь пустынно и жутко, и страшно ловить такси, тянет спрятаться в тень от желтого взгляда фар.
Потому и пишу тебе, милая Анн-Мари.
Ты - мой луч в царстве тьмы,
маяк среди острых скал.
Знаешь, я получил письмо неделю тому назад. Твой жених богат и умен, для полсотни - свеж. Я хотел бы сказать, что я очень и очень рад, но в груди скалит зубы порочный и злобный бес. Я не ровня тебе, не ровня твоим деньгам. И твоей красоте, невинной и неземной.
Повторяю по буквам,
по звукам
и по слогам:
''мне обещанная станет чужой женой''.
Я хочу сказать, что люблю,
и что грешен, как черт.
И что мне очень жаль.
Что мне несказанно жаль.
Ты прости мою слабость, и сможешь - пиши еще.
Вечно верный тебе Александр.
Целую. Прощай''.
Дорогая моя, безупречная Анн-Мари...
(запираю в конверт неотправленное письмо)
За окном расцветает удушливый розмарин, в моей маленькой комнатке пасмурно и темно. Ветер легким касанием гасит пламя свечи, огонек сигареты ничтожен в нависшей тьме.
Мои руки дрожат и сердце стучит.
Стучит.
На ладони монетой танцует живая медь.
Надеваю пиджак и делаю шаг за дверь. Три квартала пешком, по каменным мостовым. Может я сумасшедший?
А может быть, просто зверь?
Укоризненно смотрит луна.
Выдыхаю дым.
Эта девушка слева: приколота роза к груди, в шляпке цвета кармина, так поздно идет одна. Она очень похожа, похожа на Анн-Мари.
Между ребер танцует восторженный Сатана.
Этот город прогнил, (как впрочем, и вся Земля).
Есть в безумии счастье.
А в разуме - только ложь.
Я врезаюсь затылком в блестящую ширму дождя.
Захожу в подворотню.
И вынимаю нож.
Джио Россо